BnW — Гланге

> Ну так ты расставляешь ловушки и ждешь. И когда в них попадает разная хуита, то ты эту хуиту ебёшь и выбрасываешь. А сам ждешь настоящий кубический сантиметр тян. И вот когда распознаешь и поймаешь, то будет тебе настоящий тян, и с квартирой и умная и красивая и ебаться умеющая и личинок воспитывать могущая и бабло зарабатывающая и любящая тебе просто так. И будете вы жить долго и нудно пока не помрёте в один день. А не шлюха Кадасиха какая-нибудь, которая только пиздеть умеет и руки из жопы растут и ни кола и ни двора. Короче спизднул я, как Спуфинг. Извиняйте. #Y6XOTX/K3D

Успешнее и регулярнее Путина, раз за разом побеждающего ИГИЛ, только КНР, раз за разом побеждающий коррупцию: https://vk.com/wall-50177168_835656 "Прошедший год также принес в копилку китайских инфраструктурных чудес еще одно достижение – завершение строительства самого длинного в мире 55-километрового моста между китайскими городами Гонконг, Чжухай и Макао (港珠澳大桥). Открытие моста широко освещалось мировыми СМИ в октябре, но не вызвало особого энтузиазма у жителей этих городов. Собеседники автора неоднократно уверяли, что им этот мост не нужен. Зачем же тогда власти потратили $18 млрд? Рациональное объяснение этого и многих других инфраструктурных проектов в Китае заключается в том, что строительство поддерживает на необходимом высоком уровне загруженность производственных мощностей и занятость населения, новая инфраструктура создает новые условия для развития местной экономики. Однако есть и другой фактор. Это то, что в России называется словом «откат». Обратившись к истории экономических реформ в Китае, можно проследить, что на протяжении всех сорока лет политики реформ и открытости откат был если не главным, то весьма значимым двигателем китайского экономического чуда. В экономические реформы 1980-х годов Китай вошел в значительной степени децентрализованным государством. Пекин определял общее направление развития, но практически не контролировал действия властей на местах. Региональные чиновники близко к сердцу восприняли лозунг Дэн Сяопина (邓小平) «Обогащайтесь!» и на деле показывали верность курсу Пекина, образуя аффилированные с местными «народными правительствами» (人民政府) коммерческие компании. Феномену чиновников-предпринимателей 1980-х посвящено множество исследований, общий вывод которых таков: на определенной стадии это способствовало формированию рыночной системы, хотя в какой-то момент едва не привело к дроблению национальной экономики из-за локального протекционизма, когда, защищая интересы собственных компаний, местные чиновники вводили ограничения на продажу продукции из других провинций. Смычка интересов местного бизнеса и политических элит была практически узаконена, но постепенно перестала отвечать интересам центра, который к тому же уступал регионам большую часть собираемых налогов. В результате в 1994 году провели фискальную реформу: большую часть налогов стали направлять в центр, а ряд налогов (например, на местную продукцию, который платился в местный бюджет вне зависимости от прибыльности предприятий) и вовсе отменили. Как следствие, у региональных властей исчезли стимулы содержать многие убыточные местные предприятия, те стали разоряться, а чиновники начали ориентироваться на взаимодействие с крупными компаниями, имеющими коммерческие интересы в нескольких регионах. Золотой жилой оказалась работа с государственными строительными корпорациями. Местные правительства получали у госбанков займы и тратили их на инфраструктурные проекты, подряды на которые получали такие компании. Чиновники, выступавшие в этой схеме в качестве связующего звена, за свои услуги брали откаты. Примерно десять лет назад для них начались подлинно золотые времена из-за того, что на фоне мирового финансового кризиса 2007–2008 годов Китай начал вкладываться в «большую стройку». Мировой кризис принципиально изменил формулу успеха китайской экономики: спрос на китайский экспорт на Западе падал, и, чтобы предотвратить замедление роста ВВП, о пагубном воздействии которого для социальной стабильности ученые говорили с 1990-х годов, Пекин перешел к инвестициям, щедро тратя миллионы юаней из кубышки, накопленной после фискальной реформы. Правительство снизило налоги на недвижимость и призвало банки давать ссуды. Посредством кредитов и прямых траншей власти начали вкладываться в железные дороги, шоссе, порты и строительство жилья. Строительный бум породил у чиновников грандиозные амбиции, помноженные на надежды получить свою личную долю. В городе Ухань (武汉), название которого ни о чем не говорит большей части жителей России, в 2010 году начали строить самый высокий в мире небоскреб (в августе 2017-го строительство приостановили на 96-м этаже), а местные чиновники заявили о планах за семь лет построить 225 километров метро. Как язвительно отмечает в своей книге «Век амбиций: богатство, истина и вера в новом Китае» американский журналист Эван Ознос: «В это же время Нью-Йорк отказался строить 3,2 километра линии метро Второй авеню». Тот же Ознос в своей книге приводит многочисленные свидетельства коррупции, сопровождавшей создание самого впечатляющего из китайских инфраструктурных чудес – сети высокоскоростных железных дорог (ВСМ, 高铁). Инициатор стремительного расширения сети китайских ВСМ – бывший министр железных дорог Лю Чжицзюнь (刘志军) – в 2011 году был обвинен в получении взяток, исключен из Коммунистической партии Китая и приговорен к смертной казни с отсрочкой (позже, как это часто бывает в Китае, помилован с заменой казни на пожизненное заключение). Впрочем, Лю был лишь верхушкой коррупционного айсберга: в коррупции оказалось замешано все министерство, упраздненное в 2013 году, и множество фирм, получавших подряды и субподряды на выполнение железнодорожных работ. Огромные прибыли получали не только чиновники, но и посредники, организующие контракты с нужными подрядчиками. Посредники могли рассчитывать на 1–6% отката. Если проект стоил $4,5 млрд, посредник получал $200 млн. И все, конечно, молчали. Спустя несколько месяцев после отставки Лю, в июле 2011 года, произошло крушение высокоскоростного поезда вблизи города Вэньчжоу (温州). Вскоре было доказано, что инцидент произошел из-за неисправной системы оповещения, введенной в эксплуатацию в спешке (линию торопились сдать к 90-летнему юбилею Коммунистической партии Китая). В трагедии погибло 40 человек, еще 192 было ранено. Для сравнения: за 47 лет существования ВСМ в Японии погиб всего один человек – его прищемило дверью..."