Чего добивался Павленский, поджигая банк франции, какие цели себе ставил — этого мы не знаем, и, скорее всего, точно уже никогда не узнаем, даже если он сам расскажет — мало ли, может он с тех пор уже 100 раз передумал и переиграл это всё у себя в голове? Его собственное заявление об акции — какая-то невнятная ебанина. Если он ставил своей целью начать мировую революцию или даже хотя бы просто как-то ощутимо нагадить "мировому олигархату", то, конечно, ничего даже близко у него не получилось. Но чего он вне всякого сомнения добился, так это того, чтобы люди о нём опять говорили, спорили, выносили какие-то оценки, как критики на художественной выставке — не этого ли надо художнику, чтобы чувствовать себя в своей среде? И главное, только начали было его подзабывать, думая, что раз он эмигрировал, то он уже не медиа-повод, потому что он будет там обживаться, устраивать свою жизнь и заниматься прочими подобными скучными вещами — а он такой сразу, мол, а вот хуй вам!

И да, сейчас буквально чуть менее чем каждый какой бы то ни было популярный блоггер или опинионмейкер считает чуть ли не своей профессиональной обязанностью написать что-то про него и его акцию. Из тех, кого я читаю, мнение бабченко запостил олег в #PO86NO и #P89JG9 А вот, например, пожарский:

Недавно ругали режиссера Быкова (я вообще думал, что российские телевизионные сериалы смотреть лишь в некоторых местах, где нынче плохо с интернетом - в основном, в тюрьме). Теперь ругают художника руками и канистрой Павленского. В обоих случаях по одной схеме: мол, если вы против государства, то не берите ничего у государства, а если берете - то не выступайте против. Либералы пеняют Быкову за то, что продался. А охранители за то, что продался не окончательно и пишет покаянные письма пятой колонне. С Павленским еще проще - мол, французское государство ему убежище дало, а он ему центробанк теперь поджигает, неблагодарная русская свинья.
И там, и там имеется убеждение, будто государство может что-то дать. Но задумаемся: чтобы что-то дать, нужно что-то иметь, а для этого - что-то создать. Что производит государство? Ну, разве что, какие-то специфические услуги вроде армии и полиции. Большая часть государственных средств - это деньги изъятые из общества. Где-то на "демократических" основаниях, а у нас даже и без этого. С моральной точки зрения - это деньги общества. Следовательно, у всякого, кто берет государственные деньги, моральные обязательства не перед государством, а перед обществом. Реальный вопрос не в том, берет ли человек деньги у государства, в том, что он на эти деньги делает - общественное или антиобщественное. Если государство автократическое - оно по определению действует против общества. Следовательно, самым аморальным деянием является честное исполнение госзаказа. Вам дали бабки на пропаганду - вы сделали пропаганду. Самым моральным вариантом является саботаж - например, взять деньги на пропаганду военщины и снять на них фильм "ДМБ".
В случае режиссера Быкова - это вроде бы очевидно. Однако и Павленский может защищать себя аналогичным образом. Просто сказав, что своим убежищем он обязан вовсе не французскому государству и, тем более, не центробанку. А французскому обществу. И что же он может сделать в благодарность этому обществу? Например, помочь ему бороться с госбанкирами, которых в рамках своих взглядов считает вредными паразитами.

В принципе, это такой моральный выверт, конечно, потому и потребовалось вводить несуществующую сущность "общество", чтобы аргумент не развалился. Но какое-то рациональное зерно в этом можно найти, в конце концов, если кто-то и вправе решать, кто имеет право жить на той или иной территории, то уж всяко не государство, поэтому то, что Павленский живёт во Франции — это что угодно, только не милость от французского государства. А значит, все аргументы, основанные на том, что действовать против государства это неблагодарность — просто отметаются за невалидностью.

А вот, например, что написал исторический канал Нечаевщина в телеграме, который я тоже почитываю:

Художник Петр Павленский поджег здание Банка Франции. Это событие не привлекло бы моего внимания (мало ли кто и как коротает долгие осенние вечера), но за вчерашний день я неоднократно столкнулся с мнением, что Павленский - неблагодарная скотина. Франция его приютила, а он опять начал жечь, вместо того, чтобы наслаждаться вином и пармезаном.
Всем снобам и поборникам неприкосновенности частной собственности хочу напомнить, что русские иммигранты бузили в Европе задолго до Павленского. Например, анархист Михаил Бакунин скрывался в Париже от российской тюрьмы и принимал участие в Февральской революции во Франции 1848 года. Поджигал банки до того, как это стало мейнстримом. Не говоря уже о огромном количестве беглых российских реолюционеров, которые участвовали в работе Интернационала (т.е. боролись против элит тех стран, которые "давали" им убежище) и во всех восстаниях, что случались в Европе.

Это, конечно, ещё более такой себе аргумент — мол, диды так делали, значит и нам можно. Тем более что, как мы помним, "буза беглых русских революционеров" в европе ничем хорошим не кончилась ни для европы, ни для россии, ни для самих этих революционеров. Скорее уж в оправдание Павленского имело бы смысл указать что, наоборот, Павленский отличается от революционеров прошлого-позапрошлого века именно тем, что весь его бунт — чистый акционизм и постмодерн, который ни к какому подобному пиздецу не ведёт и не имеет в виду превести. В отличие, например, от деятельности исламских "революционеров" — сторонников насильственного насаждения шариата и мирового халифата.

Что же до анархистов, то для нас оценка деятельности Павленского может быть основана только на том, нарушает ли он NAP. А в данном случае этот вопрос, в свою очередь, сводится к тому, в чьей собственности находится Банк Франции. Если это 100% государственная собственность, то её уничтожение не противоречит NAP, потому что государство как субъект права многократно совершало агрессию и давно вышло из NAP. Если там есть какая-то доля частных инвестиций, то можно рассчитать, какой ущерб был нанесён частным инвесторам. Насколько я знаю Павленского, в прочих своих акциях он не наносил ущерба никому, кроме государства и самого себя. Поэтому я специально не гуглил про структуру собственности этого банка, опираясь на уже выданный мною Павленскому кредит доверия. Я верю, что он NAP не нарушает. Если окажется, что я ошибаюсь — я, конечно, пересмотрю своё отношение к нему.

My contact with Singapore’s people and institutions also thrilled me. There was and still is no leader I admire more than Lee Kuan Yew, who transformed Singapore from a mosquito-infested backwater to a model economy. That says a lot, as I have gotten to know and admire several world leaders. One of my most thrilling moments was a dinner I had with him at my house in New York, shortly before his death in 2015. Lee requested the dinner to discuss the state of the world economy. I invited former Fed chairman Paul Volcker (another hero of mine), former Treasury secretary Bob Rubin (whose breadth of experiences gave great perspective), and Charlie Rose (one of the most curious and insightful people I know). Besides answering his questions, we probed Lee on world affairs and world leaders. Since he had personally known virtually all of the world’s leaders over the last fifty years, we asked Lee about the qualities that distinguished the great ones from the bad ones and what he thought of those who were leading at the time. He rated Angela Merkel as the best leader in the West and considered Vladimir Putin one of the best leaders worldwide. He explained that leaders must be judged within the context of the circumstances they encounter and then went on to share his view of how difficult it is to lead Russia and why he thought Putin was doing it well. He also reflected on his unique relationship with Deng Xiaoping, whom he regarded as the best leader of all.