@goren ты посмотри на себя ты же днище. Живешь в 33 года на родительские бабки, работы нормальной нет, семьи нет, образования нет, утка и та уехала от тебя подальше. Почему ты до сих пор не убил себя?
Живёт он на зарплату и работа хоть и не идеальная, но полущ многих. Семья ему нахуй не нужна. А образования у него два высших, причём охуенных. Утка уехала потому что спасибо Хуйлу за 90/180. И ему не 33 года.
@anonymous >тука
Славик охуел.
//Большущая тукка, не прячась, сидела на самом видном месте - на верхушке суурь-тэсэга. Не заметить её казалось просто невозможно. То есть, конечно, тукку всегда можно не заметить, её шкура сливается со скользким белесым нойтом, покрывающим в оройхоне каждый камень и каждую пядь. Тукка и сама похожа на камень, так что не мудрено пройти мимо, едва не наступив на неё. Рассказывают, что хромой Хулгал однажды, не разобрав, сел на тукку, и что именно с тех пор он хромает. Этому Шооран не верил - какая же тукка позволит сесть на себя? Хотя при опасности тукка предпочитает затаиться. Но на этот раз она пошевелилась, и Шооран заметил её. Такое случилось с ним впервые, обычно он лишь наблюдал, как большие мальчишки гоняют тукку, вздумавшую среди дня высунуться наружу. Чаще всего тукке удавалось улизнуть, но чем бы ни завершилось дело, венчала его всеобщая драка - мальчишки делили пойманную добычу или выясняли, кто виноват в неудаче. В любом случае, Шооран был слишком мал - и чтобы охотиться, и чтобы драться. Он лишь следил за другими, восхищаясь ими и ненавидя в предвкушении той минуты, когда сам вмешается в эту жизнь и, разумеется, для начала будет побит.
Но сейчас рядом никого не было, а тукка была. Шооран проворно снял старый истрёпанный жанч и, пригнувшись, начал подкрадываться к тукке. Он кинул жанч с пяти шагов и попал. Одежда накрыла тукку с головой, так что зверёк уже ничего не видел и не мог нырнуть в тёмные пещеры у подножия суурь-тэсэга. Эти дыры были так велики, что в них мог пройти взрослый мужчина, но в мокром оройхоне на такое в одиночку не решился бы ни один безумец. Дыры вели в шавар - подземные пещеры до половины залитые едким нойтом, кишащие хищной и ядовитой мерзостью. Если бы тукка ушла в шавар, достать её оттуда стало бы невозможно. Но ослепшая тукка помчалась вперёд, волоча по слизи полы жанча. Шооран побежал следом. Он забыл об опасности, о том, что мама запрещала отходить далеко от границы, а видел лишь тукку, которую надо догнать. Дважды он падал, вымазав в нойте ладони и чуть было не потеряв из виду беглянку. Потом он догнал тукку и попытался схватить её, но тукка ударила иглами, пробившими жанч разом в двадцати местах, и сумела вырваться. Но всё же это была удача, потому что проколотый жанч не мог слететь с головы зверя, и победа Шоорана становилась лишь вопросом времени. Об испорченной одежде и саднящих ладонях Шооран не думал - шкура большой тукки стоит дороже старого жанча, к тому же мама, конечно, сможет прокалить жанч на огненном аваре, а потом как-нибудь починить его.
Шооран схватил обломок камня и кинул. Делать так не полагалось - камень мог испортить иглы, но Шооран устал и обозлился. Он и так с утра забрёл чересчур далеко - много дальше, чем дозволялось ему, а теперь ещё бежал вслед за туккой, которая казалось и не думала уставать и, каждый раз, когда Шооран настигал её, выпускала всё новые иглы, безжалостно калеча кожу жанча, шипела и металась из стороны в сторону. Камень, впрочем, в тукку не попал, а ударившись об один из мелких тэсэгов, поднимавшихся повсюду, разлетелся на хрупкие осколки. Тукка на мгновение остановилась, вертя замотанной головой и, видимо, ничего уже не соображая от страха, и тут Шооран схватил её. Он наступил на край жанча, рукой, пачкаясь в нойте, ухватил другой край и поднял жанч с запутавшейся в нём туккой на воздух. Тукка завертелась и зашипела отчаянно, но это не помогло ей. Шооран свёл полы вместе, крепко стянул их рукавами, и тукка оказалась упакованной в узел. Она могла шипеть и бить иглами, но освободиться не умела. Правда нести её придётся на вытянутой руке, чтобы не напороться на иглу.
Шооран гордо распрямился, подняв вверх узел, и вздрогнул, лишь теперь увидев, куда забежал, увлечённый погоней. Впереди, не было ни одного тэсэга, оройхон там кончался, а дальше насколько хватало глаз, расстилалась бледная гладь далайна. Далайн казался живым, он дышал, по липкой тягучей влаге медленно пробегала дрожь.
@kuzy000 Ехала в автобусе с тнёй, которая так два года в дс2 прожила. Собственно она откупилась, но ей объяснили, что данные в базе есть и с ними ничего не сделаешь, так что она теперь невъездная в течение 5, что ли, лет (тут боюс соврать про сроки).
@captain-obvious чо у него за работа?