Сегодня, когда всеобщая толерантность становится новой идеологией, а попутно — доходит до абсурда, превращаясь в оружие в руках заинтересованных лиц, Сет Путнам воспринимается совсем не так, как в 90-х. Смерть Путнама обнажила много подробностей его личной жизни — например, то, сколько у него было верных друзей, каким нежным и добродушным он был с людьми вокруг себя. Его нарочный квазиидиотизм, попытка взбесить весь мир — это не античеловечность, а скорее желание вывести массы из состояния всепланетного мякиша, в котором обиженки-стукачи ищут защиты за маминой юбкой, а наивные детские дразнилки рассматривают в судебном порядке. Сегодняшний Путнам — это анти-Обама, анти-Энтео, анти-Милонов, анти-Мизулина. Живи он до сих пор, его страницы в Фейсбуке и Твиттере были бы заблокированы, Bandcamp — удалён, концерты в России отменены или сорваны, интервью — цензурированы. Останься он американцем — феминистки в срочном порядке требовали бы его голову с извинительной запиской в зубах. Будь он москвичом — не избежать ему судебных разборок, и тут уже Ярославский областной суд не был бы так беспомощен, как в случае с безобидным Кровостоком. И наконец, сколь бы дурацким ни был юмор его исполнения, умирающий вместе с шутом, юмор его содержания вынужден жить — покуда живёт хоть один моралист