Каждый, кто путешествовал по миру, знает, что мусульманские города могут быть намного беднее, а все же безопаснее бедных христианских, – например, в той же Латинской Америке. Или в Африке. Да что там, безопаснее многих американских. С индуистскими и буддистскими городами – то же самое. Вокруг грязновато, бедно, ободрано, но не опасно. О том же и статистика. Даже в революционном Египте 2011 года убивали в три раза реже, чем в России, или в два раза реже, чем в европейской и католической Литве. А до революции – в 2008–2009 годах – там вообще было не опаснее, чем в Швеции или Дании. То же самое можно сказать о Марокко, Тунисе или Иордании. Убийств на 100 тысяч жителей там примерно столько же, сколько в Англии, Франции или Греции. То есть 1–1,5 убийства на 100 тысяч жителей в год. В католической Бразилии убивают раз в двадцать чаще (22 убийства на 100 тысяч в год). А в Венесуэле – вообще в сорок раз (45–50 убийств на сто тысяч). Хотя какой экономический показатель ни возьми, любой покажет, что Бразилия – гораздо более богатая и развитая страна, чем Марокко или Египет, да и католическая Венесуэла тоже. В любых двадцатках, тридцатках и сотнях самых опасных городов мира восточные появляются в конце списка.