Насколько эффективно детектировать леваков по их отношению к частной собственности (если вообще эффективно)

https://news.mail.ru/society/23051211/
Москва. 21 августа. INTERFAX.RU — Об уничтожении продуктов из стран Евросоюза, США, Австралии, Канады и Норвегии, ввезенных в Россию в обход санкций, известно большинству россиян (83%), сообщает фонд «Общественное мнение».

Оценки такого решения властей, у тех, кто о нем знает, разнятся: 42% считает, что санкционные продукты следует ликвидировать, 38% придерживаются противоположного мнения.

Те, кто считают, что такие продукты нужно уничтожать, полагают, что они не отвечают санитарным нормам, что они некачественные, просроченные, вредные (17%), а также говорят о необходимости развивать российское производство, поддерживать отечественных производителей (8%).

Их оппоненты, в свою очередь, предлагают раздать эти продукты бедным, нуждающимся (18%) или отдать в детские дома, дома престарелых (5%), показал опрос, проведенный 15—16 августа среди 1500 респондентов в 104 населенных пунктах 53 субъектов РФ.

В целом 70% респондентов считают правильным решение российских властей запретить ввоз ряда продуктов из стран Евросоюза, США, Австралии, Канады и Норвегии. По их мнению, каждый десятый (11%) называет это решение неправильным, 19% затруднились ответить.

С 6 августа 2015 года Россия продлила на один год срок действия продовольственного эмбарго, введенного в августе 2014 года в отношении продукции из США, ЕС, Канады, Норвегии и Австралии. Под запрет попали мясо и мясопродукты, рыба, рыбопродукты, молоко и молочные продукты, овощи и фрукты из этих стран.

В конце июля президент подписал указ, согласно которому с 6 августа сельскохозяйственная продукция, произведенная в странах, поддержавших экономические санкции в отношении России, и запрещенная к ввозу в РФ, подлежит изъятию и уничтожению.

Как сообщил Россельхознадзор, по данным на 19 августа, уничтожено 552 тонны контрабандной растительной продукции и 48 тонн продукции животного происхождения. Санкционная продукция изымается не только на границе, но и из магазинов.

Предлагаю в дополнение к стокгольмскому синдрому ввести ещё один термин, например, "московский синдром". Это почти то же самое, но ещё с агрессией. То есть, террористы пытали кого-то, отбирали их собственность, налагали тяжёлые и унизительные ограничения свободы итп в течение достаточно долгого времени, и теперь жертва не только привязалась к своим мучителям и готова защищать их, но и активно хочет, чтобы круг жертв расширялся. Например, банда гопников терроризирует район, и когда они прессуют каких-то новых людей, бабки смотрят из окон и говорят: "Так их, ату их, будут знать как ходить тут по нашему району! А наши-то каковы, любого запинают!" Важно понимать, что, как и в случае оригинального стокгольмского синдрома, это чувство совершенно иррационально, потому что жертвам от расширения агрессии ровным счётом ничего не перепадёт, и их жизнь никак не станет легче, если их мучители запрессуют кого-то ещё. С другой стороны, если террористы проиграют, у них есть все шансы на улучшение жизни. Тем не менее, такой синдром есть реальная вещь, в качестве примеров в макрополитическом масштабе можно привести, например, евреев, поддерживающих христианские или мусульманские госрелигии, или гомосексуалов-сторонников психосекты и психиатрических репрессий. Почему я назвал данный феномен московским синдромом — это именно та причина, по которой русские вопреки всякой логике и здравому смысле продолжают поддерживать "своё" государство.