Я расскажу вам об одном священнике.
Его звали Мартин Нимёллер.
Он родился в конце XIX века, участвовал в Первой мировой, будучи офицером на немецких подлодках.
Пастором стал в 1924 году. И в том же году он стал членом нацистской партии. В 1933 году поддержал приход Гитлера к власти. Но уже вскоре сделался его противником.
Нимёллер, как и многие германские священники, выступал против тоталитаризма, а также против оголтелого антисемитизма. Многие члены организации "Исповедующая церковь", одним из лидеров которой был Нимёллер, лично спасали евреев и помогали им бежать от нацистов.
Но сам Нимёллер этого не делал.
Более того, он всё ещё старался найти компромисс с гитлеровским режимом.
Тем не менее, режим его арестовал и объявил "врагом государства".
В 1938-м ему дали 7 месяцев тюрьмы (которые он уже отсидел в ожидании суда).
Но на свободу он не вышел.
Гестапо ещё раз арестовало пастора прямо в зале суда.
Уже без всякого суда его отправили в концлагерь.
При этом Нимёллер оставался сторонником "Великой Германии".
В 1939 году, когда началась Вторая мировая, он прямо из тюрьмы обратился к Гитлеру. Но вовсе не с антивоенным посланием. Нимёллер попросил фюрера разрешить ему вернуться во флот, чтобы воевать за Германию.
Да-да, именно так.
Гитлер не разрешил, Нимёллер остался в заключении.
Освободили его американцы в 1945-м. Он прожил ещё долгую жизнь, умер в глубокой старости в 1984-м.
И все эти почти 40 лет Нимёллер раскаивался. Раскаивался за ужас национал-социализма, охвативший его страну. И - в особенности - за собственную слепоту и собственную слабость, не позволившие ему противостоять нацизму.
Он считал себя ответственным за преступления нацизма.
Себя, человека, в котором многие его соотечественники видели один из символов борьбы с нацизмом.
Вы все знаете вот эти знаменитые слова:
"Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я же не коммунист.
Потом они пришли за социал-демократами, я молчал, я же не социал-демократ.
Потом они пришли за членами профсоюза, я молчал, я же не член профсоюза.
Потом они пришли за евреями, я молчал, я же не еврей.
А потом они пришли за мной, и уже не было никого, кто бы мог протестовать."
Это его, Нимёллера, слова.
Зачем я это рассказал?
Во-первых, затем, чтобы напомнить: на самом деле в мире не так уж много чёрно-белого.
И даже в отдельно взятом человеке - если, конечно, это человек, а не мерзкое нацистское существо типа Гитлера или Путина - уживается множество противоречий.
Но главное, зачем я это рассказал, в другом.
Даже если твои личные противоречия, нерешительность и слепота помогли становлению нацистского режима в очень малой степени, всё равно ты несёшь ответственность.
Это всех нас касается.